|
Чакат Лесная Бродяга и её спутники жизни — Крис Флетчер и Трина Сноуфокс, встретились в скрытой в чаще национального парка хижине, собираясь вместе отдохнуть на природе.
После волнующей истории со спасением мальчика и ночи любви, они готовились отправиться в поход...
Ранним утром воздух был довольно прохладным, что делало его ещё более бодрящим. Мех Трины и мой достаточно хорошо согревал нас, но мех Криса был тоньше, и он предпочёл надеть куртку, хотя я подозревала, что вскоре она ему не понадобится. Ходьба быстро разогреет его, а прогноз погоды обещал очередной жаркий день. Перед рассветом мы позавтракали, и вскоре после восхода солнца были готовы отправляться.
Нашей целью было пройти к горам на юге, где тропа проходила через перевал, и пересекалась с другой тропой с восточной стороны. Там мы должны были встретиться с моей сестрой Голдфур, которая собиралась на пару дней присоединиться к нашей компании. Ей редко выпадала возможность путешествовать с нами, поскольку, работая техником на космическом корабле, она в течение многих недель находилась далеко от Земли...
Примерно через час пути тропа начала петлять, поднимаясь вверх по склону горы. Мы могли позволить себе проходить этот участок более осторожно, чем тот, на котором вчера случился несчастный случай, потому, что не нужно было спешить, хотя он и был менее опасным, чем тропа на скалистом обрыве.
На одном из открытых мест мы задержались, чтобы взглянуть на долину...
Блики солнечного света отражались от лёгкой ряби на озере, над которым летела стайка какаду, как всегда шумно направлялась к месту кормежки. Повсюду вокруг расстилался зеленый ковёр растительности со слегка голубоватым оттенком — из-за присутствия в воздухе паров эвкалиптового масла...
Я ощутила себя хозяйкой этой красивой страны, и была очень рада, что имею возможность содействовать поддержанию всей этой красоты в практически нетронутом состоянии...
Мы двинулись дальше, и вскоре подошли к пресечению троп.
Мы пришли немного раньше времени и здесь ещё никого не было. Но я была уверена, что Голдфур вскоре обязательно появится, — она было очень пунктуальна, когда речь шла о времени.
Когда настал срок, я взглянула на тропу, ожидая её появления. Легкий ветерок дул в противоположную сторону, и я не могла чуять её запах, но почти минута в минуту она появилась из-за поворота тропы.
Сколько я её помню, она всегда обладала этой жуткой способностью успевать к условленному сроку. Думаю, это очень помогало ей в её профессии...
Следом за ней из-за поворота появился кто-то ещё.
Это был чакат, но он выглядел словно тень Голдфур, которая обрела плотность и объем...
У неё был угольно-черный мех без малейшего оттенка, нарушающего основной цвет. Ни топик, ни куртка не прикрывали её глянцевый чёрный мех.
Похоже что Голдфур действительно привела подругу, о чем намекала по телефону, и к тому же очень интересную...
Когда она приблизилась, я увидела, что некоторый другой цвет всё же присутствовал, — это были её удивительные кристально-голубые глаза. У чакатов глаза обычно золотисто-зелёные, и я прежде я никогда не видела подобных этим...
Я вновь обратила внимание на свою сестру, и когда она подошла ко мне, мы обнялись, приветственно лаская друг друга. Её последнее задание увело её далеко от Земли на целых четыре месяца, и она вернулась всего несколько дней назад. Мы общались с ней только по телефону, и когда договаривались о встрече, она намекнула, что на эти выходные с ней будет компаньон...
Наконец мы закончили приветствовать друг друга, и она указала на черного чаката:
— Сестра, — сказала она официальным тоном, — позволь мне представить своего спутника! Это Полночь, — на космическом корабле, где я работала, она возглавляет команду разведчиков в группе планетарных исследователей. Полночь, познакомься с моей младшей сестрой Лесной Бродягой, и её спутниками жизни, — Крисом и Триной.
Хмм!! "Младшая сестра", — вот ещё придумала! Между нами разница всего одиннадцать месяцев!
Голдфур до сих пор любила поиграть в старшую сестру, хотя теперь мы обе были взрослыми. Но это не могло помешать мне должным образом поприветствовать её новую подругу.
Я шагнула вперёд, чтобы обнять её, и Полночь с воодушевлением обняла меня в ответ. Похоже, она была очень ласковой, и я уже предчувствовала, что вскоре мы познакомимся с ней поближе...
Она обняла также Криса и Трину, и, похоже, они наслаждались этим точно так же, как и я.
Голдфур и Полночь не нуждались в отдыхе, поэтому мы решили продолжать нашу прогулку на запад, вдоль горного хребта. Это был более сложный маршрут, но зато он открывал перед нами просто великолепные виды.
Пока мы шли, я завязала разговор с Полночью.
Я была немного удивлена тем, что Голдфур не спешит рассказать мне о своем путешествии, и начала подозревать, что происходит что-то странное...
У Полночи оказались очень сходные с моими вкусы, включая любовь к лесу. Только она обратила своё любопытство к другим мирам, тогда как я сосредоточилась на защите австралийского буша.
Совсем забыв о наших компаньонах, мы с увлечением сравнивали биосферы различных миров с земной. Временами я обращала внимание на то, что остальные трое из нашей компании тоже что-то живо обсуждают, но не уделяла им достаточно внимания, и понятия не имела, о чём они разговаривают.
Немного позже, когда Полночь рассказывала о любопытных особенностях, помогающих выживать некоторым из мелких пушистых обитателей планеты Вокскса, я вдруг почуяла запах дыма. Все посторонние мысли разом отлетели прочь...
В это время года не было запрета на разведение огня, поэтому путешественники или туристы вполне могли развести костры для готовки пищи, но дым в лесу всегда меня беспокоил. Я неоднократно видела последствия беззаботного отношения к огню, и однажды мне даже пришлось спасаться от лесного пожара, сознательно начатого поджигателем...
— Вы чувствуете запах дыма? — спросила я остальных. — Я хочу пробежаться вперёд к следующему подъему, чтобы увидеть его источник.
— Я с тобой! — сказала Полночь.
Похоже, она тоже на собственном опыте знала, на что способен вырвавшийся из-под контроля огонь...
Несколько минут мы молчали, мчась к следующей возвышенности. Добравшись туда, мы сразу увидели столб дыма, который и был источником нашей тревоги.
Полночь вытащила из своей наспинной сумки небольшой, но довольно сильный бинокль. Должно быть, он был частью её стандартного снаряжения разведчика. У меня был почти такой же.
— Похоже, там все в порядке, — сказала она. — Я вижу лагерь с несколькими людьми, и все выглядит довольно организованно. Костры правильно расположены, и хорошо окопаны.
Я облегченно вздохнула. Пожара в буше я боялась больше всего, и была рад забыть о своей тревоге.
— Интересно, чем они там занимаются? Наверно стоит позже заскочить к ним, и выяснить это. Возможно, они такие же путешественники, как и мы, только направляются в другую сторону?
— Нет смысла гадать, — ответила Полночь. — Если мы с ними встретимся, сможешь их спросить. Остальные уже подходят. Ну что, двигаемся дальше?
Мы продолжили наш путь, и хотя прогулка была приятной, после обеда не случилось ничего особо заслуживающего внимания...
Ближе к вечеру мы нашли подходящую площадку для лагеря, — в укромном месте у подножья гор, рядом с кристально-прозрачной водой бухты.
Это был национальный парк, поэтому мы несли запас продуктов с собой, хотя в случае чего любой из нас вполне был способен добыть себе еду. А чакаты в группе имели явное преимущество, потому что мы могли есть почти что угодно, включая такие вещи, которые могли бы убить людей и многих других морфов, таких как Трина и Крис.
Вскоре у нас был наш собственный (разведенный по всем правилам пожарной безопасности), костёр, и все весело шутили и болтали, с увлечением занимаясь приготовлением ужина...
Наконец Голдфур и я начали рассказывать друг другу о том, что произошло в нашей жизни за то время, пока мы не виделись...
Когда небо потемнело, мы с удобством устроились вокруг огня. На небе была почти полная луна, а воздух был очень теплым, — просто идеальное завершение для такого прекрасного дня!
Трина и Крис были увлечены беседой друг с другом, Голдфур прижималась ко мне слева, а Полночь уютно примостилась справа.
Я снова заподозрила, что тут что-то нечисто...
Ну да ладно, я и сама была не против насладиться теплом тела рядом. Не так уж часто я имела возможность встретить другого чаката... и кроме того, мы с Полночью все больше ощущали родство наших душ. Настало время для чего-то из того восторженно-чувственного взаимодействия, которым мы, чакаты, были притчей во языцах…
Я начала поглаживать мех на спине Полночи. Она закрыла глаза, наслаждаясь моей лаской. Её мех был необыкновенно мягким, и я наслаждалась этим ощущением. Мне очень нравилось, когда кто-то поглаживал мех на моей спине, особенно вдоль позвоночника, и я решила, что вполне возможно, и ей тоже...
В её груди родилось громыхание — мурлыкание чаката.
Да, ей определённо нравилось это!
А потом Голдфур удивила меня, начав делать то же самое со мной...
Ооохх! Какое прекрасное ощущение! Я определённо была в настроении для чего-то более конкретного...
Я сняла топик, и Голдфур последовала моему примеру, сняв свой походный жилет. На Полночи с самого начала не было ничего кроме её меха, — она выглядела так, словно была готова к этому, на шаг вперёд предвидя события...
Я наклонилась к её лицу, и нежно подтолкнула её голову к моим губам, но остановилась, чтобы следующее движение сделала она. Полночь явно была возбуждена не меньше меня, потому что, получив это невысказанное разрешение, она начала восторженно целовать и ласкать меня. Так мы и лежали, — морда к морде, поглаживая груди друг друга, и просто упиваясь этим ощущением...
Я подумала, что Голдфур, похоже, превзошла саму себя, поглаживая нас обеих, стараясь усилить это чувственное взаимодействие. А когда я заметила, что Трина и Крис поглядывают на нас с усмешками на мордах, я уже знала наверняка, что все это было заранее подстроено...
Но в этот момент мне было всё равно. Наше чувственное и эмоциональное естество уже почти переполняло нас, и мы слишком сильно наслаждались этим, чтобы желать остановиться...
Эта мысль подсказала мне, почему я оказалась в такой ситуации.
Я и мои спутники жизни очень любили друг друга, и мои партнеры знали, что мне нужно больше взаимодействовать с моим собственным видом. Однажды я призналась, что мечтаю о малыше.
Я не могла забеременеть от Криса, не могла оплодотворить Трину, и хотя моя потребность не была срочной, они знали, что мое желание иметь котёнка будет продолжать расти. И сейчас всё было похоже на то, что они вместе с моей сестрой сговорились сосватать нас.
Полночь явно находилась в подобной ситуации, и нас свели вместе, чтобы посмотреть, что из этого получится.
Но я не собиралась забеременеть сегодня ночью.
Во-первых, сейчас было неподходящее для этого время.
Гораздо важнее было то, что несмотря на нашу страсть, мы знали друг друга меньше одного дня, — а зачать котёнка для чаката значит намного больше, чем короткий флирт с новым другом. Однако это вовсе не означало, что мы не могли в полной мере насладиться друг другом. Случайные связи были для нас обычны, и поскольку я была уверена, что мои спутники жизни сами замыслили устроить эту встречу, я знала, что они не будут ревновать...
Испытывая чувство глубокого удовлетворения, я собралась двигаться дальше, когда наша интимная близость была грубо прервана звуком выстрела. Он прозвучал довольно далеко, но мы все отчетливо его расслышали, и вся деятельность мгновенно прекратилась...
Через мгновение раздался следующий выстрел.
Это было очень плохо...
Стрельба ночью сама по себе подозрительна, но в национальном парке это означало только одно: — браконьеры...
Даже в наш век все ещё находились люди, которые охотились на экзотических животных ради сувениров, шкур, — или даже ловили их живьем, для продажи в виде живых игрушек. Яйца птиц также воровали, выгодно продавая их на заграничных птичьих рынках. И поскольку наказание за такую деятельность было очень строгим, личностей, которые всё же решались на это, очень мало заботило благополучие других людей — иногда доходило даже до убийства свидетелей...
Я думала об этом парке как о своем собственном, и была просто взбешена происходящим.
— Я собираюсь расследовать это, но мне нужна помощь! Крис не может идти, потому что его ночное зрение недостаточно хорошо для скрытого наблюдения. Трина могла бы, но её светлый мех в свете полной луны будет выделяться как маяк. Голдфур недостаточно знает о буше...
— Полночь, ты ведь привычна к разведке в незнакомой местности! Сможешь прикрыть меня?
— Конечно, никаких проблем! Что именно ты собираешься сделать?
— Надо узнать, чем они занимаются. Если это браконьеры, я хочу узнать, что им нужно, сколько их там, и где их главная база. Если будет возможно, я постараюсь не дать им обнаружить наше присутствие здесь, — это может быть небезопасно...
Полночь, хватай все, что ты считаешь нужным, и следуй за мной! Остальные — гасите огонь и сворачивайте лагерь. Будьте готовы двигаться быстро!
С этими словами я схватила свою наспинную сумку, и вместе с Полночью направилась в сторону выстрелов...
Мы прошли примерно с полкилометра, когда прозвучала ещё пара выстрелов, — притом опасно близко. Настало время сойти с тропы.
Я нырнула в кусты, слыша, как Полночь следует позади. Обернувшись, чтобы глянуть на неё, я почти ничего не увидела. Она выглядела ожившей тенью, и если бы не двигалась, мне было бы очень непросто обнаружить её, не услышав или не учуяв её сначала.
Когда мы углубились в заросли кустарника, я услышала вблизи голоса и треск ломающихся ветвей.
Какими же неуклюжими были эти люди! Если они пытались выследить животных, то без сомнения большинство из них уже давно спрятались в норы, и другие укрытия, где их не смогут поймать или подстрелить...
Слабый ветерок ничем не мог нам помочь, поскольку люди находились с подветренной стороны.
Осторожно двигаясь дальше, мы заметили свет нескольких фонарей. Некоторые двигались, но самый яркий оставался неподвижным.
— Как считаешь, — спросила Полночь, — это их лагерь?
— Возможно... но я думаю, что это только база для ночных операций. Как только браконьеры обследуют местность, они долго тут не задержатся. Но всё же мы должны выяснить, чем именно они занимаются, и не делать преждевременных выводов. Держись сзади, а я подкрадусь ближе, чтобы разглядеть всё получше.
— Хорошо, только не заходи слишком далеко вперёд! — С этими словами она исчезла в тенях, и даже зная куда смотреть, я уже не видела её.
Понемногу приближаясь к фонарям, я ощущала запах множества людей, и сильный запах спиртного. Но хуже всего было то, что среди этих запахов был запах крови...
Наконец я оказалась достаточно близко, чтобы сквозь ветви кустарника можно было увидеть поляну.
От увиденного у меня перехватило дыхание...
Там было много шкур и ободранных окровавленных туш...
Ещё больше животных были ещё живы, втиснутые в крошечные клетки. Я увидела одного человека, который упаковывал в специальные коробки яйца птиц.
Это были не пара браконьеров, которые решили незаконным путем заработать немного денег! Это было завершение крупной контрабандной операции! Все эти люди явно знали, на что идут, а мы расположились лагерем практически на их заднем дворе. Здесь было слишком много оружия, и я решила, что настало время оказаться как можно дальше отсюда...
Я начала потихоньку отступать назад, когда вдруг услышала громкий окрик:
— Стой, не двигайся!!
Справа от себя я увидела потрёпанную личность с винтовкой, ствол которой был направлен в мою сторону. Похоже, этот человек был в подпитии, и явно решил вздремнуть в сторонке от своих приятелей. Мне "повезло" оказаться на его пути, а переменчивый ветерок, вместе с потрясением от увиденного в лагере не дал мне вовремя заметить его присутствие...
— Что это у нас здесь? Киска-шпион? И что это ты здесь делаешь?
Мы, чакаты, быстры, но на таком расстоянии стрелок вряд ли промахнется. Я решила, что стоит ответить ему, надеясь выиграть время, и в подходящий момент сбежать.
— Я услышала несколько выстрелов, и мне стало интересно, что здесь происходит, — начала я.
Я собиралась наплести ему про одинокого путешественника, и что я, собственно, ничего и не видела... когда вдруг поняла, что он совсем меня не слушает. Похоже, всё его внимание сосредоточилось на моей груди.
— У тебя отличные сиськи, сестричка! Может, мы с тобой сможем позабавиться вдвоем, а?
ЧТО!?! Очевидно когда я повернулась, свет лагерного фонаря осветил мою фигуру. У меня не было времени надеть свой топик, и сейчас, несмотря на неподходящую ситуацию, все, о чём мог думать этот человек, были мои обнажённые меховые груди!
Это могло дать мне некоторое преимущество перед этим распутным грубияном, и я решила подыграть ему, стараясь отвлечь на себя его внимание. Если Полночь знает своё дело, то она видела что произошло, и сможет как-то помочь мне.
Я надеялась, что она не станет медлить...
Почему-то я не очень верила, что мой вид сможет надолго обеспечит мне безопасность, — особенно если он поймёт, что я — гермафродит. Большинство человеческих самцов ощущали неловкость, находясь рядом с нами, и уже потому я в мгновение ока могла стать очередным кандидатом на сдирание шкуры.
А шкура чаката действительно может оказаться редкой добычей...
Внезапно из ближайшего куста выскользнула извивающаяся тень, и выдернула винтовку из рук человека! Это был длинный и цепкий хвост Полночи, которым она мгновенно обезоружила его. Я была готова действовать, и через мгновение уже была на спине этого гада. Обезоруженный, для чаката он не был достойным противником, и я вырубила его одним ударом. Но вдруг кто-то успел услышать шум?
Забросив его бесчувственное тело на спину, я с помощью Полночи отнесла его подальше от лагеря, спрятав в густом кустарнике с кляпом во рту, и связанного верёвкой, которая нашлась в моей наспинной сумке.
К нашей досаде мы услышали, как в нашу сторону направилась пара людей. То ли они услышали шум, то ли просто поняли, что кого-то не хватает, но мы не могли проигнорировать факт, что если они не найдут пропавшего, то могут начать серьёзные поиски. И это значит, что моя семья может оказаться в большой беде...
— Лес, я считаю, что настало время перейти к активным действиям! — сказала Полночь. — Если мы сейчас просто уйдём, эти люди могут случайно натолкнуться на твоих спутников. Кроме того, мы просто не можем позволить этим проклятым ублюдкам уйти! У меня в сумке есть уником. Давай сообщим властям! Раньше мы не могли вызвать их, потому что мы не могли сообщить им ничего конкретного. Зато теперь у нас улик в изобилии!
— Уником? Отлично! — (через спутниковое устройство связи можно было легко связаться с властями). — Давай, вызывай их, а я пока понаблюдаю, — и я снова направилась в сторону лагеря браконьеров.
Отойдя подальше, — так, чтобы голос Полночи не мешал мне, — я села, закрыла глаза, и прислушалась к своим ощущениям. Сконцентрировавшись, я могла с большой точностью определить местонахождение всех живых существ неподалеку от меня. Теперь я совсем рядом ощутила двух людей, двигающихся в направлении, которое может привести их слишком близко к Полночи.
Пора действовать!
Я двинулась на перехват и вскоре оказалась прямо на линии их пути.
На этот раз удача была на моей стороне.
Их путь проходил между большими валунами, на которые я влезла, ожидая, когда они пройдут мимо...
Когда они приблизились, я увидела, что они настороже, и держат оружие наготове, но всё ещё не заметили меня.
В нужный момент я напала.
Мне удалось выбить винтовку из рук одного из них, и я обвила его своим хвостом, сосредоточив внимание на другом. Он был силён, и поэтому сумел удержать своё оружие, но всё равно против меня у него не было шансов...
Мои руколапы мёртвой хваткой вцепились в винтовку, и пока он пытался отобрать её у меня, я оглушила его своими настоящими руками.
В это время другой изо всех сил пытался освободиться от удушающей хватки моего хвоста.
Я постепенно усиливала давление, словно питон, удушающий свою добычу, пока жертва не отключилась. Это был первый раз, когда у меня появился повод испытать эту уловку, и я была очень довольна, что это сработало так хорошо.
Потом я их тоже связала, истратив на это всю оставшуюся верёвку. Оттащив их подальше от тропы, я вернулась туда, где меня ждала Полночь.
— Ну, какие успехи? — поинтересовалась она.
— Ещё о двоих можно не беспокоиться. Других поблизости пока нет. А как дела с подмогой?
— Посреди ночи им понадобится некоторое время, чтобы начать действовать, но их команда будет здесь примерно через час.
— Я считаю, что к тому времени многие из этих гадов уйдут. Что скажешь, если мы попробуем поймать ещё парочку?
Полночь улыбнулась диковатой усмешкой.
— Я только за! Сколько ты их видела в лагере?
— Вместе с тем извращенцем там было пятеро, но это не считая других, которые могут проверять ловушки, или охотиться.
— Да, но ты сама сказала, что они вряд ли станут здесь задерживаться. Вдруг они свернут операцию, и уберутся отсюда как можно быстрее? Они ведь пробыли здесь как уже минимум день...
— Откуда ты это знаешь? — спросила я.
— Наш незваный гость имеет довольно дурной вкус, и слишком крикливо одевается. Я заметила его в той группе у костра, который мы заметили сегодня утром. Я хорошо разглядела их в бинокль. Вероятно, там находится главный лагерь.
— Хммм... с утра они могут для страховки проверить местность, так что возможны любые неожиданные посетители. К тому же они могли ещё раньше поставить ловушки, и теперь собирают добычу...
— Ты права. Они наверняка собираются уйти перед рассветом. Из того, что мы знаем, они могут свернуть свою операцию прямо сейчас... ладно, хватит гадать, — пойдем посмотрим, что там происходит...
Мы двинулись в сторону лагеря.
У самой его границы мы задержались, чтобы проверить окружающую местность нашими чувствами.
— В лагере двое, — сообщила я.
— Да, и ещё двое с южной стороны. Мой нос говорит мне, что есть как минимум ещё один на северной стороне. Кого будем брать в первую очередь?
— Тех двоих с юга. Те, что в лагере, скорее всего никуда не уйдут, а мне не хотелось бы беспокоиться о людях, которые могут внезапно вернуться в лагерь, пока мы будем разбираться с другими...
Мы двигались совершенно бесшумно, не желая повторения событий первой встречи, и бесшумно пересекли ведущую к лагерю бугристую противопожарную просеку. Теперь двое людей были примерно в двадцати метрах; их голоса звучали встревожено...
Мы задержались, чтобы прислушаться; наши чувствительные уши хорошо слышали их низкое бормотание. Похоже, они уже заметили отсутствие нескольких членов своей команды, и теперь раздумывают, почему те не откликаются...
Мы разделились и теперь двигались по обе стороны от них, чуть спереди, бесшумно ступая лапами по подлеску. Выбрав подходящее для засады место, мы затаились, и стали ждать...
Полночь для них была совершенно невидима, а моя собственная ягуаровая пятнистость была почти так же хороша в лунном свете. Будучи людьми, они определённо не могли учуять нас. Поймать их было даже слишком легко...
Когда я убедилась, что их оружие не направлено ни на кого из нас, я подала сигнал, который услышала только Полночь. Мы прыгнули на них одновременно, справившись с ними прежде, чем они успели поднять тревогу.
— Минус пять, — осталось ещё как минимум три! — усмехнулась мне Полночь.
— Неплохо для пары любителей, но давай не будем слишком задаваться. Как думаешь, стоит сразу проверить того, что на северной стороне лагеря?
Не отвечая, Полночь двинулась в ту сторону.
Не доходя до того места, где он должен был находится, мы остановились, и прислушались к своим чувствам. На расстоянии примерно пятидесяти метров явственно ощущалось присутствие человека. Мы начали подкрадываться к нему, но столкнулись с проблемой...
Этот человек сидел на большом валуне, находящемся на открытом месте, и вокруг не было никаких укрытий, позволяющих незаметно к нему подобраться, к тому же он выглядел встревоженным, и готовым ко всему. Если этот человек был достаточно уверен в себе, чтобы быть на посту в одиночку, без напарника, который прикрывал бы его спину, то он мог оказаться весьма опасным...
— Давай я попробую проскользнуть позади него? — предложила Полночь.
— Нет. Слишком велики шансы, что он тебя заметит...
— Ну, если мы не готовы воспользоваться оружием, которое мы отобрали у тех других, тогда нам придётся очень постараться, чтобы с ним справиться!
— Почему-то мне кажется, что власти не слишком доброжелательно отнесутся к нам, если мы подстрелим этих ребят, — неважно, что они сделали. Моя должность смотрителя национальных парков дает мне некоторую власть, — вполне достаточную, чтобы не иметь проблем за избиение этих гадов, — но она не дает мне права применять против них оружие. Кроме того... не знаю как ты, но я просто не умею должным образом обращаться с винтовкой.
— Обучение владению оружием — это необходимая часть подготовки разведчика, но я тоже не готова стрелять в человека, разве что у меня не останется другого выхода.
— Что возвращает нас в исходную точку...
О! Давай воспользуемся одним из самых старых трюков, — отвлечение! Если ты прокрадёшься на другую сторону поляны, и привлечёшь его внимание, бросив камень или ещё как-то, я смогу подбежать к нему, и схватить его. Мы передвигаемся быстрее людей, и я сомневаюсь, что он успеет отреагировать.
— Хорошо, но будь очень осторожна! — С этими словами Полночь скользнула в тень, и исчезла.
Я прикинула лучшее направление атаки, и передвинулась на несколько метров левее. Теперь оставалось только нервно ожидать, когда Полночь сделает своё дело...
Наконец раздался громкий щелкающий звук, словно сломалась толстая ветвь.
Человек начал поворачиваться в ту сторону, и я бросилась вперёд. Но я успела пробежать только часть пути, когда поняла, что человек не стал прислушиваться к шуму, а начал осматриваться по сторонам, и вскоре заметит меня...
Я была уже не в силах что-либо изменить, и мне оставалось только продолжать бежать, — но шансов у меня почти не было...
И в этот момент в тишине прозвучал голос Полночи:
— Эй, ты, наверху! Что ты там делаешь?
Должно быть она заметила опасность моего положения, и вызвала огонь на себя.
Я смогла разглядеть её на дальнем конце поляны, а человек уже направлял в её сторону ствол винтовки...
Я мчалась изо всех сил, но в тот самый момент, когда в прыжке я сбила человека с камня, раздался выстрел.
Я похолодела от ужаса... неужели я опоздала?!
Оглушив мерзавца, я потратила всего мгновение, чтобы снять с него оружие, и немедленно бросилась туда, где видела Полночь.
Она неподвижно лежала на земле, и я боялась, что случилось самое худшее. Зачем она так подставилась?! Возможно, этим она спасла мне жизнь, но разве она стоила её собственной?!
В этот момент она застонала...
Я повернула её голову, и увидела кровь, стекающую из раны на лбу. Пуля задела голову, испортив её великолепный мех, но, похоже, не причинила серьезного вреда, только оглушив её.
Полночь открыла глаза, и сказала:
— Кто бросил в меня булыжником?!
— Полночь! Благодари звёзды за то, что ты не погибла! Что тебя заставило совершить такую глупость?! Ты же была на волосок от смерти!
— Тебе бы больше понравилось, если бы я позволила ему выстрелить в тебя, более близкую цель? Так или иначе, ты оказалась там как раз вовремя, чтобы сбить ему прицел.
— Вовремя?! Ты истекаешь кровью, и ты называешь это вовремя?! Напарница, я бы никогда не простила себе, если бы тот гад тебя убил!
Наконец я сумела немного успокоиться, и несколько сбавила тон.
— Вероятно, ты спасла мне жизнь, и я весьма тебе признательна. Ты едва меня знаешь, и всё же была готова пожертвовать ради меня жизнью... и теперь я с нетерпением жду, когда смогу сделать то же самое для тебя!
Она улыбнулась.
— Зная об этом, теперь я наверняка найду силы встать! — С этими словами она поднялась на лапы.
— Мы должны проверить лагерь. Они могут заинтересоваться выстрелом.
— Сперва я должна связать этого человека. У тебя есть какая-нибудь длинная верёвка?
— Нет, но у меня есть толстая леска для ловли рыбы.
— Великолепно!
Когда с мстительным удовлетворением я закончила связывать этого человека, он не мог даже пошевельнуться...
Мы немного прошли вокруг лагеря, потому что ветер не позволял нам в полной мере воспользоваться нюхом, а потом прокрались внутрь, оставшись незамеченными браконьерами.
В лагере мы увидели двух очень обеспокоенных людей, которые, бросив свою работу, нервно оглядывались по сторонам. Я подозревала, что эти люди находятся здесь исключительно из-за их умения обращаться с пойманными животными, шкурами и тому подобным, а не умения владеть оружием. Конечно, они всё равно были опасны, потому что они могли легко испугаться, и в панике начать палить во все стороны.
— Давай попробуем к этим другой подход — дадим им шанс сдаться тихо. Мы не знаем, вдруг ещё кто-нибудь придет. Возможно эти напуганные парни воспользуются шансом сдаться мирно, и согласятся поделиться с нами кое-какой информацией, — ради хорошего к ним отношения.
— Если я отойду немного в сторону, то создам лучшее впечатление окружения... — Полночь бесшумно исчезла в кустах.
Я дала ей минуту, чтобы она успела занять новую позицию и крикнула:
— Эй, вы там, в лагере! Бросайте оружие и поднимите руки!
— Проклятье!! — закричал один человек, и нырнул за ящики с каким-то снаряжением.
Оставшийся запаниковал и бросился к стоящему на дороге большому джипу. Прозвучал выстрел, — и одновременно с ним хлопок лопнувшей шины.
— Вам же было сказано опустить оружие и сдаваться, ублюдки! Немедленно!! — прокричала Полночь.
Она очень эффективно лишила их возможности сбежать, и продемонстрировала нашу готовность действовать согласовано. Трофейные винтовки наконец пригодились!
Человек, который мчался к машине, замер, потом бросил на землю своё оружие. Другой все ещё продолжал прятаться.
— Это бесполезно, приятель! Один из нас все равно сможет подстрелить тебя. Бросай оружие и выходи оттуда!
Этого человека нужно было убедить...
Я навела винтовку в его сторону, но отвела ствол на достаточное (по моему мнению) расстояние вбок, и сделала предупредительный выстрел. Совсем рядом от его укрытия взметнулся фонтанчик пыли, и я от души понадеялась, что это был последний раз, когда мне пришлось применять оружие. Мысль, что я в самом деле могла ранить его, была для меня очень неприятной. Кроме того, грохот выстрела причинял боль моим чувствительным ушам.
— Последний шанс! — крикнула я. — Тебе же будет хуже, если заставишь нас действовать жёстко!
Нервы у человека не выдержали, и он бросил оружие.
— Хорошо-хорошо... проклятье! Не стреляйте!! — Он выбрался из своего укрытия с поднятыми руками.
— Держи их под прицелом! Я свяжу их! — крикнула я, а потом вышла на открытое место.
Люди явно испугались, увидев, кто именно поймал их, но они не были настолько глупы, чтобы осмелиться на какие-либо действия.
Я взяла верёвку из собственных запасов браконьеров, и связала первого парня, не спуская глаз с другого. Когда я начала связывать второго, из укрытия появилась Полночь.
Люди были явно поражены появлением черной охотницы, и, похоже, вовсе не горели желанием встретиться с ней. Я же нашла её удивительно привлекательной — но ведь я не находилась под её прицелом...
Полузасохшая кровь пропитала мех на её щеке, и подойдя вплотную к пленникам, Полночь дико зарычала:
— Слушайте сюда, ублюдки!! – рявкнула она, хватая одного за куртку, и поднимая к своей пасти, полной острых зубов. — Один из вашей банды зацепил меня, и сейчас у меня очень плохое настроение!! Мне нужны правильные ответы на некоторые вопросы, и сейчас я их получу, или...!! — Она бросила человека на землю, и начала задавать вопросы:
— Сколько вас всего?
Тот, кого она не трогала, сказал:
— Нас пятеро...
Выпустив когти, я схватила его за плечо, и грубо встряхнула. Когда он поморщился от боли, я сказала:
— Врешь!! Мы уже насчитали больше! Говори правду!
Другой начал почти лепетать, торопясь ответить.
Не являясь сильной личностью, он явно не выдержал давления.
— Нас восемь!! Три команды по два человека проверяли ловушки, и собирали все стоящее, что попадалось им в руки! Мы двое должны были всё упаковать, и быть готовыми к погрузке на другую нашу машину... но вообще-то здесь девять человек! Я забыл посчитать водителя! — Человека охватила паника, когда он понял, что ошибся в цифрах, и решил что мы можем взяться за него всерьёз. Именно поэтому я поверила ему, и это значило, что всё уже закончилось. Тот пьяный дурак, на которого я наткнулась, похоже был партнёром человека на поляне, и это объясняло, почему тот был один. Всё, о чём нам стоило беспокоиться, — это что грузовик вернется раньше, чем прибудет полиция.
— Вы связывались с кем-нибудь радио или телефону? — спросила я.
— Мы должны были отмечаться в определённое время... собственно, уже прямо сейчас.
— Скорее всего это значит, что если они не получат звонка, мы не увидим больше никого, — сказала Полночь, — поэтому тебе лучше бы позаботиться о том, чтобы они его получили. — Она подняла болтуна на ноги, и подтолкнула его к штабелю ящиков.
— Но мы уже сообщили им, что один из нашей группы не отозвался! — испуганно добавил он.
— Скажи им, что его нашли пьяным в кустах... тем более что это почти правда.
Наш полезный пленник достал уником.
"Надо будет и себе достать такой" — подумала я.
Он вышел на связь, и сообщил, что потерявшийся человек найден, и всё остальное тоже в порядке. Голос на другом конце сказал ему, что грузовик прибудет через полчаса.
Не думаю, что наш друг понимал то, что я отчетливо слышала обе стороны разговора, и тщательно запоминала тот голос...
Он дал отбой, и я отобрала у него уником.
— Больше нам ничего не нужно делать, — только дождаться полицию. Они должны быть здесь задолго до прибытия грузовика, — сказала я.
Полночь отозвалась:
— Тогда может соберёшь сюда остальную часть банды, пока я охраняю этих двоих?
— Отличная мысль! Чем раньше мы закончим с этим, тем раньше сможем вернуться к остальным, и сообщить им, что всё в порядке.
Собрать наших пленников было довольно просто.
Видя оружие в моих руках, они не сопротивлялись, хотя не догадывались, что я вряд ли им воспользуюсь.
К тому же те, кто поумнее, понимали, что и в рукопашном бою со мной они не имеют никаких шансов...
Два полицейских вертолета сумели приземлиться совсем рядом, направляемые Полночью, которая использовала уником и размахивала факелом.
Водитель вскоре подъехавшего грузовика очень удивился, но не стал глупить, когда увидел перед собой такое количество представителей закона.
Единственное, что меня раздражало, — это время, которое полиция собиралась потратить на расспросы, тогда как всё, чего мы хотели, это вернуться к нашим друзьям. Наконец нам пришлось просто потребовать отпустить нас, пообещав, что вскоре мы все заглянём к ним. В конце концов, у них ведь было достаточно доказательств, чтобы и без наших показаний упрятать всех браконьеров на очень долгий срок...
Мы смогли уговорить их подкинуть нас к нашему лагерю на одном из вертолетов.
Когда мы подлетели к нему, там не было заметно никаких признаков чьего-либо присутствия, пока в луч прожектора не шагнул кто-то покрытый светлым мехом. Это Трина заметила на вертолете полицейские знаки, и вышла из укрытия, чтобы провести нас туда, где скрывались остальные.
Появление Полночи приветствовали с особой заботой, но, обработав её рану, Крис объявил, что никакой опасности нет.
После того как была оказана первая медицинская помощь, как Полночь, так и я ощутили навалившуюся на нас усталость. Чакатам нужно больше сна, чем людям и многим морфам, а у нас был очень долгий, и насыщенный событиями день...
Мы свернулись рядом; наши спины послужили подушками нашим головам, и мы с Полночью почти мгновенно провалились в сон...
*********************************************
На следующий день мы встали поздно.
Вместо того чтобы двигаться дальше по запланированному маршруту, который должен был занять всё светлое время дня, и вёл на север, и назад вокруг озера, мы воспользовались намного более коротким и прямым маршрутом, ведущим назад к нашей хижине.
Там мы наконец смогли расслабиться, и просто поговорить. Естественно, основной темой разговоров были события предыдущей ночи.
Но у меня были несколько других жгучих вопросов, которые хотелось обсудить.
— Послушай, Голдфур! Вы с Полночью в течение нескольких месяцев находились вместе на том космическом корабле, и всё же, когда вы вернулись на Землю, ты очень старалась подтолкнуть её ко мне.
Собственно, я вовсе не против, но всё же, — почему? Вы не поладили?
— Ещё как поладили! Мы насладились многими ночами, проведенными в одной постели. Но у нас оказалось не так уж много общего, зато я была абсолютно уверена, что именно вы двое найдете общий язык. Однако есть ещё одна причина, о которой я собиралась сказать тебе этой ночью, но нам помешали... понимаешь, я беременна!
— О, это восхитительная новость!! Это будет просто чудесно — иметь в семье ещё одного котёнка! Но я так понимаю, что его отцом была не Полночь? Ты не говорила мне, что в команде был третий чакат!
— Дело в том, что отец – не чакат.
Он – лисотавр, техник, в которого я влюбилась, и сейчас собираюсь сделать его своим спутником жизни.
— Лисотавр? Я считала, что шансы забеременеть от кого-то другого, кроме чаката, весьма малы.
— Как биолог, ты должна лучше знать факты. Хорошо известно, что чистокровные фелитавры имеют больше шансов при скрещивании с чакатами, тогда как лисотавры и волктавры — меньше, но, похоже, мы все же сумели преуспеть в этом...
Дня через два ты сможешь встретиться с ним. У нас большие планы, которые мы хотели бы обсудить вместе с тобой...
— Это чудесно! Мы будем такой разнообразной семьёй!
— Интересно, а как будет выглядеть малыш? — спросила Трина.
— Главный медик сообщил мне, что благодаря нашей доминантной генетической структуре, котёнок в основном будет чакатом. Другими словами это будет герм с цепким хвостом, передними руколапами, и соответствующим внутренним строением...
Но в остальном — может случиться что угодно. Ты можешь представить себе лисий хвост — но длиной с хвост чаката? Он будет выглядеть великолепно!
Я была очень рада за свою сестру...
Она нашла не только свою любовь, но и должна была вскоре стать матерью...
Я посмотрела на Полночь, и поняла, что тоже хочу этого. События последней пары дней показали, что мы не только имеем общие интересы, но и хорошо работаем в паре.
Полночь улыбнулась мне:
— Должна признаться, что я тоже нахожусь в том периоде жизни, когда мне хочется иметь котёнка... хотя предпочла бы пока быть отцом, поскольку тогда это не будет слишком мешать моей карьере. Похоже, что наши друзья знают нас лучше, чем мы сами...
И если это и твое желание тоже, мне бы очень хотелось изучить друг друга больше... особенно интимные детали!
В ответ я лишь улыбнулась.
Что бы жизнь ни готовила нам в будущем, похоже что сегодня ночью будет весело!
Мы взяли матрац, и отошли в угол хижины, чтобы приступить к подробному "изучению"...
Я услышала, как позади меня Крис говорил Голдфур:
— Я и Трина хотим кое-что показать тебе... мы называем это "Маневр Чаката!"
Я хихикнула про себя...
Похоже, что этой ночью я не единственная, кто собирается научиться кое-чему особенному!
|
|
